Принять решение о необходимости консультации у психотерапевта, психиатра для нашего менталитета остается сложным, драматичным, что само по себе уже является стрессогенным фактором. На самом деле беспокойство, тревога по поводу посещения кабинета врача любой специальности совершенно естественны и свойственны практически всем.
Обращение к психотерапевту, психиатру предполагает наличие опасений по поводу психического/душевного здоровья. А страх сумасшествия так же значителен, как и страх смерти. По сути это практически равноценные страхи: страх физической смерти и страх социальной смерти /сумасшествие/.
Страх этот имеет биологические корни /не такой как все; отторжение от себе подобных; «белая ворона», что усложняет жизнь, усиливает тревогу, так как человек, как существо социальное, спокойнее себя чувствует в коллективе/, исторические корни /душевнобольные люди в течении столетий отвергались обществом в прямом и переносном смысле, преследовались, методы их лечения были мягко говоря негуманные/, политические /использование психиатрии в качестве метода борьбы с инакомыслящими/, психологические /как страх утраты контроля над собой, своими действиями, жизнью/, страх получить пожизненное клеймо психически больного, ограничение в выборе профессиональной деятельности и другие проблемы.
Усложняет весь этот набор страх перед неизвестностью. Физическое тело мы чувствуем, знаем, где что находится, физическая болезнь очевидна. А вот душевная? Что это болит, где? Душа не орган, не часть тела. Ее нельзя увидеть, пощупать. Душевные страдания и все, что с ними связано у рядового человека вызывает чуть ли ни мистический трепет перед непознанным. А неизвестность – лучший друг страха.
С другой стороны большинство людей расценивают симптомы депрессий, невротических расстройств и других душевных заболеваний, просто как проявления слабохарактерности, капризности, лени, испорченности характера, плохого воспитания и тому подобное. Грустно слышать от возрастных пациентов, как в ответ на их жалобы некоторые врачи рекомендуют им посмотреть в паспорт и/или в зеркало, заявляя «возраст, что вы хотите?». К слову сказать, я как то с восхищением наблюдала за группой туристов из Германии, возраст которых был не менее 70 лет. Они искренне проявляли радость, держались непринужденно, смялись, были доброжелательны – находились в гармонии с собой и с миром. Так, значит возраст ни при чем?!
Те же, кто все же понимают, что «нервы шалят», обращаются к неврологам, терапевтам. Но это практически то же, что лечить уши у окулиста, желудок у уролога и т.д. В лучшем случае временное облегчение, но никак не решение проблемы. Более того, некоторые врачи по каким-то причинам сами избегают направить пациента к психотерапевту-психиатру.
Еще один страх – страх принимать медикаменты. Очень часто слышу от клиентов: «А я не стану овощем?» или «Мне говорили, что от лекарств сходят с ума». Грамотно назначенное медикаментозное лечение в подавляющем большинстве случаев единственный способ помочь. Я не буду углубляться в биохимию, физиологию, психофармакологию. Вы же не думаете, что все фармацевты и психиатры мира вступили в заговор против человечества с единственной целью: всех сделать «овощами».
Справедливости ради следует сказать, что медикаментозное лечение обязательно должно сопровождаться тщательной работой по личностному изменению в сотрудничестве с квалифицированным психотерапевтом или психологом. Надеяться только на чудесную силу медикаментов или только на работу с психологом нецелесообразно, равно как и на то, что врач щелкнет пальцами и все разом как то само собой разрешится.
Есть два вида страхов. Страхи рациональные /страх переходить дорогу на красный свет светофора, страх хвататься за оголенные провода и т.д./ помогают нам выживать и сохранять свою целостность и страхи иррациональные /страх обратиться за помощью, когда это действительно необходимо/ лишают нас свободы выбора и права на достойную жизнь.
Вам принимать решение. В конце концов, у каждого есть право на свободу выбора, которая предусматривает собственную ответственность за последствия принятых вами решений.
С уважением, Корнилова Э.Н.
/психотерапевт, психиатр высшей категории/
Обращение к психотерапевту, психиатру предполагает наличие опасений по поводу психического/душевного здоровья. А страх сумасшествия так же значителен, как и страх смерти. По сути это практически равноценные страхи: страх физической смерти и страх социальной смерти /сумасшествие/.
Страх этот имеет биологические корни /не такой как все; отторжение от себе подобных; «белая ворона», что усложняет жизнь, усиливает тревогу, так как человек, как существо социальное, спокойнее себя чувствует в коллективе/, исторические корни /душевнобольные люди в течении столетий отвергались обществом в прямом и переносном смысле, преследовались, методы их лечения были мягко говоря негуманные/, политические /использование психиатрии в качестве метода борьбы с инакомыслящими/, психологические /как страх утраты контроля над собой, своими действиями, жизнью/, страх получить пожизненное клеймо психически больного, ограничение в выборе профессиональной деятельности и другие проблемы.
Усложняет весь этот набор страх перед неизвестностью. Физическое тело мы чувствуем, знаем, где что находится, физическая болезнь очевидна. А вот душевная? Что это болит, где? Душа не орган, не часть тела. Ее нельзя увидеть, пощупать. Душевные страдания и все, что с ними связано у рядового человека вызывает чуть ли ни мистический трепет перед непознанным. А неизвестность – лучший друг страха.
С другой стороны большинство людей расценивают симптомы депрессий, невротических расстройств и других душевных заболеваний, просто как проявления слабохарактерности, капризности, лени, испорченности характера, плохого воспитания и тому подобное. Грустно слышать от возрастных пациентов, как в ответ на их жалобы некоторые врачи рекомендуют им посмотреть в паспорт и/или в зеркало, заявляя «возраст, что вы хотите?». К слову сказать, я как то с восхищением наблюдала за группой туристов из Германии, возраст которых был не менее 70 лет. Они искренне проявляли радость, держались непринужденно, смялись, были доброжелательны – находились в гармонии с собой и с миром. Так, значит возраст ни при чем?!
Те же, кто все же понимают, что «нервы шалят», обращаются к неврологам, терапевтам. Но это практически то же, что лечить уши у окулиста, желудок у уролога и т.д. В лучшем случае временное облегчение, но никак не решение проблемы. Более того, некоторые врачи по каким-то причинам сами избегают направить пациента к психотерапевту-психиатру.
Еще один страх – страх принимать медикаменты. Очень часто слышу от клиентов: «А я не стану овощем?» или «Мне говорили, что от лекарств сходят с ума». Грамотно назначенное медикаментозное лечение в подавляющем большинстве случаев единственный способ помочь. Я не буду углубляться в биохимию, физиологию, психофармакологию. Вы же не думаете, что все фармацевты и психиатры мира вступили в заговор против человечества с единственной целью: всех сделать «овощами».
Справедливости ради следует сказать, что медикаментозное лечение обязательно должно сопровождаться тщательной работой по личностному изменению в сотрудничестве с квалифицированным психотерапевтом или психологом. Надеяться только на чудесную силу медикаментов или только на работу с психологом нецелесообразно, равно как и на то, что врач щелкнет пальцами и все разом как то само собой разрешится.
Есть два вида страхов. Страхи рациональные /страх переходить дорогу на красный свет светофора, страх хвататься за оголенные провода и т.д./ помогают нам выживать и сохранять свою целостность и страхи иррациональные /страх обратиться за помощью, когда это действительно необходимо/ лишают нас свободы выбора и права на достойную жизнь.
Вам принимать решение. В конце концов, у каждого есть право на свободу выбора, которая предусматривает собственную ответственность за последствия принятых вами решений.
С уважением, Корнилова Э.Н.
/психотерапевт, психиатр высшей категории/
.
